Книга "Солдаты Победы"




Азбука права

Правовой календарь
Консультация юриста
Книги и журналы по праву
Социально значимые законы



Книги-юбиляры - 2019



Виртуальные выставки



Мир чтения

"Большая книга"
"Книга года"
"Национальный бестселлер"
"Русский Букер"
Нобелевская премия по литературе
Букеровская премия



Мы в сообществах




Архив новостей


Старая версия сайта









Отечественная война 1812 года

Документы

Высочайшая Грамота,
пожалованная Псковскому Дворянству,

Божиею Милостию,

МЫ АЛЕКСАНДР ПЕРВЫЙ,

Император и Самодержец Всероссийский и прочая, и прочая, и прочая,

Объявляем всенародно:

В прошедшем году, когда, Богу попускающу, злонамеренный неприятель, собрав разнородные и великие силы, вторгся в наши пределы, и, Богу же милосердствующу о нас, едва с малыми остатками бедственно и срамно мог уйти из оных, в сие незабвенное для России время благородное Псковское Дворянство из первых ярости и гневу лютого врага предстоявшее, встретило его с свойственною Россиянам твердостию и мужеством; в продолжении же брани, от вступления до изгнания неприятеля, не преставало оно знатными и добровольными пожертвованиями споспешествовать к истреблению врага, доставляя преследовавшим его войскам нашим всякое пособие и продовольствие. Столь достохвальное усердие и ревность всего Псковского Дворянства обращают к нему внимание и признательность Нашу, во изъявление которых Мы жалуем ему сию Нашу Царскую Грамоту для засвидетельствования знаменитых заслуг его пред Отечеством и потомством.

Подлинное подписано тако: АЛЕКСАНДР

Главная Квартира, город Комотау в Богемии, Сентября 24-го 1813 года



Речь,

Псковским Депутатом, Купцом Иваном Шариным говоренная Графу Витгенштейну 5 Сентября 1812 года в Мызе Соколищах, в его Квартире, при собрании Генералитета и прочих Армейских Чиновников

Сиятельнейший Граф!

Милостивый Государь!

Удостойте принятия от Псковского Градского Общества малейший дар, но дар сей оно приносит вам из глубины сердечные с воплем к Царю Царей на Небо, и к сему Угоднику Божиему, Благоверному Князю, Гавриилу Псковскому Чудотворцу, который молитвами своими охраняет Богом спасаемый Град Псков и пределы оного, а вам и всему Его Императорского Величества храброму во бранех воинству помогает врага льстивого поражать и из Земли России с бесчестием изгонять.

Сиятельнейший Граф! Вы своею неутомимою храбростию защищаете от алчных врагов путь ко граду Пскову, который вы же уверили, что он безопасен уже состоит; и вы же обезопасили жителей в оном и с семействами в своих домах благополучно пребывать. За сие все граждане от мала и до велика с чувствительностию взывают: Граф Витгенштейн благодетель наш! Он защитник наш! Помози ему Господи! и продли его жизнь в здравии и благополучии для охранения нас!

На сию речь Граф ответствовал с чувствительностию так:

«Невидимо Божия сила помогает нам; уверьте их, Бог поможет, будут сохранены, будут благополучны и спокойны».



Из «Сказания купца Шарина о поездке в армию»

В сие столь славное время, имел счастие и я, купец Шарин, в числе верноподанных государя императора Александра Павловича, пользоваться славою россиян, чувствовать в полной мере благость Божию и быть современником случившегося в 1812 и последующих годах происшествия, то есть со времени вторжения в Россию французскаго войска.

А дабы навсегда было в твердой памяти краткое сие начертание, вздумал я написать, но не то, происшествие, подробности котораго до меня не касаются, поелику история не оставит вместить сего периода времени, следовательно сия обязанность принадлежит до история сочинителей, а не до меня, а притом, я был не самовидцемъ, а современник, то есть житель города Пскова и имел счастие при депутации от псковских граждан к его сиятельству графу Петру Христиановичу Витгенштейну, въ армию, находявшуюся тогда под Полоцком, посыпанной, с благодарностию о избавлении Пскова от нашествия врагов, быть депутатом - поднести его сиятельству икону благоверного князя Гавриила Псковского Чудотворца и хлеб-соль. А сей то самый случай, для своего потомства в память его, ознамерился описать во всей его подробности, с присовокуплением вышепрописанного, чтоб теме преподать более существенности сего описания, которое и следует.

Когда бывший император Наполеон тьмочисленною свою армию разделил на два крыла и одно из оных простерло налет свой до самой столицы Москвы, а другое, подобно первому, имело стремление на другую столицу, Санктъ-Петербург, и уже опровергли все предстоящее пути его до самаго Полоцка, а наконец, и сим град не избег того же жребия, как и прочие, но сим преткнулся путь его, и граф Витгенштейн с войсками, вверенными его храбрости, постановил преграду дальнейшему стремлению врага, каковой подвиг графа Витгенштейна оживил героев и вложил в сердца воинов новый дух неслыханной храбрости, разящей все, заграждающее путь исполинским шагам российской армии, и местечко Клястицы обратило вспять французскую армию, ведшую ко Пскову, который, чувствуя в полной мере свое спасение от кровожадности врагов и не имея довольно сил возблагодарить защитника своего кроме молитв, возсылаемых ко Всевышнему Творцу о ниспослании ему и военству побед и одоление на супостаты; но дабы, сколько возможно, сделать более памятником чувство благодарности и оказать оную на самом деле, градское общество предположило, с чудотворнаго образа благоверного князя Гавриила Псковскаго, списанную икону на кипарисной доске, и, обложив серебряною вызолоченною ризою, поднести оную его сиятельству...

... вздумали с Ефремовым: почтить память храброму воину и сотруднику в победах графу Витгенштейну, соделавшим победу под Клястицами незабвенною и славною смертию отличнаго генерала Кульнева. Сему-то храброму мужу вздумали отдать память от имени общества, на каковой конец упросили майора Тиханова послать за священником, чтоб отслужил нам на могиле генерала Кульнева панихиду...

... Могила сия ничего не представляла другаго, Кроме могилы. При взгляде На оную, как не воскликнуть из глубины сердца: остановись, прохожий, посмотри на сию насыпь, да не попрет нога твоя той частицы земли, которая покрывает тело незабвеннаго в храбрости генерала Кульнева.

Остановись и отдай почтение праху, в сей бедной могиле сокрытому. Пролей слезу умиления и вспомни час жизни твоея!

С наполненными слез глазами и сокрушенными сердцем постановили на могилу кутью, затеплили свечу, воткнув оную в землю, и начали петь панихиду. Во время продолжения оной собрались чиновники и горько плакали о герое. Не могли воздержаться и мы от слез при виде сих сотрудников покойнаго генерала, помнящих храбрость его, и едва могли от слез продолжать пение со священником. По окончании панихиды помянули храбраго героя кутьею, все чиновники и мы, и отдав в могиле лежащему земные поклоны со слезами, пошли от оной с чувством, исполненным горести и соболезнованием.

Сказание Псковскаго гражданина о том, как депутаты от города Пскова ездили в армию в 1812 году / /Русская старина. Ежемесячное издание. - СПб., 1887. - 1897. - июль. - С.57-58,67-69.


 
наверх